Петров и ВасечкинПриключения Петрова и Васечкина. Каникулы Петрова и Васечкина.Маша Старцева
Официальный сайт фильмов

Ссылки партнеров:





СТАТЬИ


VK   Twitter    Facebook  

Путешествие во Францию

   Путешествие во Францию, я сознательно откладывала на протяжении многих лет. Я прочла столько книг о Париже! А сколько раз разглядывала его ускользающий облик на картинах импрессионистов и в серьезных энциклопедиях по архитектуре? Я покупала каталоги его музеев. Я пыталась представить себе его воздух, атмосферу его кафе, булочных, кондитерских, изысканных отелей и ресторанов, и я хотела встретить этих счастливцев - его обитателей. И смотрела я только на него, и искала я, только его, во всех фильмах, которые берут местом действия Францию. Я была по-настоящему влюблена в Париж, и горячо люблю его теперь, но все-таки, я уверена - нет ничего прекрасней во Франции, чем ее провинция.


   Искусство повседневной жизни, возведенное в негласный закон, вот пожалуй, самое главное качество, которое отличает французов, от нас, простых смертных. И становится это по-настоящему очевидно именно на живописных бурбонских землях. Красивейшие леса, с озерами и ровными, ухоженными дорогами, обширные поля, по которым разбросаны небольшие стада коров, в стиле средневековой пасторали. Уютные фермы, охотничьи домики, которые прячутся в тени вековых деревьев, и конечно же замки, которые подстерегают путешественника, в самых неожиданных и самых правильных местах пейзажа. Дорога иногда петляет через поля, иногда бежит параллельно реке, а иногда забегает в маленький сельский городок, несколько домиков, церковь, булочная, и обязательно три бистро. Самый вкусный хлеб, самая вкусная еда, самое вкусное вино, самые приветливые жители именно там, в провинции. И эти люди умеют доставлять себе удовольствия самыми простыми и одновременно самыми сложными способами на свете. Почти каждой крестьянской семье есть кем гордиться - прославленными родственниками, поварами или сомелье, которые работают в самых дорогих и престижных ресторанах Европы, Америки и даже России. В частности братья Тругаро, родились там, на бурбонских землях. И если вам довелось обедать в их московском ресторане, то представьте себе, что это всего лишь повседневная пища, у них на родине, в далекой французской деревне.
   Поводом для посещения столь благословленных мест, хорошо знакомым еще по описаниям Дюма, Золя, Стендаля, явилось приглашение моего друга принять участие в традиционной верховой охоте. Мой хороший знакомый и самый настоящий французский дворянин (обладатель пятнадцати имен и такого же количества титулов), предложил нам провести вместе целую неделю, наполненную хорошим шампанским и приключениями, на землях, которые принадлежат его семье на протяжении последних десяти веков. Но началось все, конечно в Париже, с завтрака на площади Вандом. А потом неспешные прогулки по старинным охотничьим магазинам, в поисках нового хлыста и шляпы, для прогулок по лесу, заказ пригласительных на охоту, в специальной лавке, которая существует столько веков, сколько и прославленная фамилия нашего гостеприимного хозяина, примерка сапог для верховой езды у "Берлутти", шикарный ланч в самом модном ресторане этого сезона, ярмарка тщеславия в баре нового дорогого отеля и, наконец, ночной отъезд из Парижа.
   Поездка во французскую провинцию - это путешествие во времени. Жизнь в старинном фамильном замке, в пять этажей, шесть приемных залов, и в восемнадцать спален, с картинной галереей, с собственной церковью, настоящим винным погребом, подземным ходом почти в километр, который ведет в соседнюю деревню, и даже небольшой одноместной тюрьмой, - особая жизнь (и не забудьте добавить ко всему этому комфорт XXI века.)

   Ах, на чердаке можно хвастать роскошными бальными платьями своих прабабок, доставая их из сундуков, где хранятся вещи для маскарадов, на лестницах и внутренних переходах изумлять видом из окон, в башне указывать на удивительный потолок украшенный каменной резьбой древними астрологическими знаками, в огромной гостиной поражать пышным убранством детской коляски Людовика XIV (коляска и титул маркизов - подарок Короля-Солнца, за то воспитание, которое он получил из рук этой семьи).

   Жизнь здесь неспешная и исполненная очарования, трапеза занимает несколько часов и после обеда в невероятной столовой, украшенной гобеленами, которым бы позавидовал Эрмитаж, за столом сервированным фамильным гербовым серебром и таким же фарфором, (сегодня существует только одна фабрика, которая продолжает работать исключительно на самые старые семьи Франции), приятно пить кофе в гостиной, с видом на Луару, а потом заворожено расхаживать по гигантской библиотеке, где несколько тысяч томов, действительно с золотым обрезом, в переплетах из свиной кожи, и с гравюрами ручной работы, да еще на нескольких языках…

   Но главное чем были заняты все наши мысли - предстоящая охота. Охотничий сезон на кабана - на протяжении многих веков, самое важное время в году для фамильных охотничьих экипажей. Право на подобные увеселения давалось королем, только прославленным аристократам и важным придворным вельможам и передается исключительно по наследству. Настоящим считается тот экипаж, который держит традицию более ста лет, непрерывно. На сегодняшний день таких признанных экипажей не более пятнадцати во всем мире.

   Верховая охота с собаками это не просто прогулка по лесу, или стрельба по волкам с вышек. Традиционная французская охота это искусство. Невозможно даже понять какие качества охотника, самые главные - умение хорошо понимать и чувствовать лошадь, или выносливость – охота может длиться и час и двенадцать часов, жесткий контроль над собаками или полное доверие к ним, мастерство владения коротким кинжалом, как единственным оружием, или исключительные знания, бесстрашие, интуиция, азарт, опыт или расчет, а скорее всего вот это все и еще многое другое, даже не доступное пониманию дилетанта.

   Но когда видишь французский выезд охотников впервые, поражает больше всего, эстетика происходящего. Все эти люди, лошади, собаки, их позы, пейзажи и охотничьи домики, точно сошли со старинных картин гениальных художников. Каждый экипаж имеет собственную форму одежды, одного фасона и цвета геральдики семьи - камзол, украшенный специальными гербовыми пуговицами, ручной работы, галстук, непременно белые лосины для верховой езды, такие же перчатки, фамильный кинжал с серебряным или золотым эфесом, сшитые на заказ изящные сапоги и черная жокейская шапочка. И конечно же охотничьей рог, больше похожий по звуку на тромбон, медный, горящий кручеными боками на солнце. В охоте больше всего запоминаются звуки.
   Все начинается часов в пять утра - на псарне отбирают собак на охоту. Участвовать хотят все, они громко лают, скулят, крутят хвостами, просятся, льнут к псарю, умильно заглядывают в глаза, толкаются мокрыми носами, грызутся между собой за право быть ближе к выходу, но выйдут не все - кто то не оправился от последней охоты, кто-то плохо себя вел, кто-то просто не в форме сегодня. Победные песни петухов, резкие выкрики павлинов, шум подъезжающих к охотничьему домику машин, возбужденные разговоры охотников, умоляющее тявканье собак, запах свежего хлеба и кофе, это начало охоты.

   Свора собак, это около ста пятидесяти отборных псов, одной породы. Все они выносливые и быстрые, охота проходит по восемьдесят километров по лесу, в погоне за кабаном. Собаки должны обладать невероятным чутьем, что бы не просто не сбиться со следа, но продолжать преследование именно того самого животного, которое они подняли в начале, и это самый сложный момент: секач всегда живет вместе с молодым кабаном, на которого обычно и сливает охоту. На одного и того же взрослого кабана можно охотиться десятилетиями, все зависит от него и от вас, здесь все по-честному.
   После громкого обсуждения за завтраком предстоящего дня, все разъезжаются. Каждый берет собаку-нюхача, как не забавно обычно дворняжку и едет искать свежий след. Это самое спокойное время в охоте - неторопливая прогулка по лесу, раннее утро, поля в легкой дымке, лес, полный пением птиц, и незнакомых шорохов, веселая возня собаки, где-то в высокой траве, и, наконец, долгожданный тревожный лай - след взят.
   Через несколько часов все участники охоты соберутся на раппорт. В маленьком старинном городке, рядом с церковью у сияющего пруда, стоя в шеренге, на протяжении последних столетий, каждый вторник и четверг охотничьего сезона, одетые по всей форме, мужчины старейшей семьи Франции и лучшие потомственные охотники со всей провинции, сначала трубят красивую старинную мелодию, гимн экипажа, а затем по очереди предлагают место, откуда должна начаться охота. Шеф охоты выслушивает новости и принимает окончательное решение.

   Когда место определено, дается команда перевезти туда собак и лошадей, а после второго завтрака туда прибудет и сам экипаж. Все передвигаются на машинах, лошади и собаки тоже, и это единственное нововведение в охоте за последний век.

   Завтрак, проходит в маленьком ресторанчике, здесь шумно, тепло и уютно, здесь можно отогреться, после нескольких часов проведенных на прозрачном весеннем воздухе. Здесь же проходит один из важнейших ритуалов - охотники повязывают галстуки и закалывают их серебряными булавками с символикой экипажа, и конечно же пьют за удачу. Это и есть – официальное начало охоты.
   На место взятого следа, первыми прибывают горячие охотничьи лошади, пока они неторопливо, словно берегут силы, выходят из трейлеров, потягиваются, фыркают и приветствуют хозяев. Потихоньку собираются участники и любопытствующие. Последними приезжают собаки... Начинается суета, как-то вдруг все оказываются уже в седле, свору спускают, щелкает плеть, зычно и отрывисто кричат охотники, собаки начинают подвывать, трубят начало и весь экипаж срывается с места.

   Бешенная скачка по лесу, во время которой ты чувствуешь себя настоящим кентавром – ветки в лицо, упавшие деревья, канавы, все летит тебе навстречу на головокружительной скорости, чередуется с затишьями. В первые же мгновения охотники теряются, рассыпаясь по лесу, и издалека мне слышны только звуки охотничьих рогов, лай собак, шелест прошлогодней травы под ногами животных, сбитое дыхание лошади, мое и соседнего всадника, и снова обманчивая напряженная тишина.

   Очень важно уметь вести себя тихо, учиться с лету понимать охоту, уметь слушать. На многие километры охотники ориентируются только на лай собак, причем каждую узнают по голосу и знают что от каждой из них можно ожидать, а переговариваются друг с другом с помощью охотничьего рожка. Существует традиционный язык мелодий, которыми обменивается экипаж, уточняя таким образом свое местонахождение и происходящие события. После нескольких часов такой сумасшедшей скачки, с недолгими напряженными передышками, начинается самое интересное, после последней минутной остановки, практически музыкального за такта, наступает решительный перелом, собаки начинают не просто лаять, они истошно кричат – значит уже травят зверя. Сейчас потерять охоту, ничего не стоит даже опытному всаднику, события разворачиваются с головокружительной быстротой.

   Прошло уже шесть часов, кабан по-настоящему устал, он готов сражаться и с собаками и с людьми, разъяренный он нападает и на лошадей, при чем в таком состоянии он легко может тяжело ранить и даже убить. Он уже воистину кровожадно отбивает атаки собак и преследование продолжается снова. Конечно, охоту нельзя считать честным поединком человека и животного, но, пожалуй, французская традиционная охота на кабана единственная из всех видов, когда человек и животное находятся практически на равных. Весь смысл в том, что шеф охоты спустившись с лошади, отгоняет хлыстом свору и остается один на один с обезумевшим загнанным зверем. Единственное оружие охотника - старинный кинжал длинной в две ладони. Единственный способ остаться в живых – понизить его сердце.
   Тем временем на просторной лесной поляне, слуги и приглашенные устраиваются на пикник, в томительном ожидании с бокалами вина все слоняются от одной группы людей к другой, в попытках уточнить последние новости. Кто-то прислушивается к далеким звукам рога и истошному лаю собак, кто то взбегает на пригорок, стараясь разглядеть на слепящем солнце силуэты всадников, кто-то как обычно, читает лекцию, о том как все должно было бы быть, иногда возвращаются охотники, потерявшие экипаж, вокруг них водоворотом начинают кружиться люди, засыпают вопросами, угощают вином, подбадривают, обмениваются шутками, кто-то забирает лошадь у конюха и вихрем мчится к месту предполагаемых событий.
   Наконец заливая округу громкими звуками рога, приближается экипаж. Неторопливо, величаво. У копыт лошадей, бьется повизгивая свора, слышны громкие выкрики гостей, смех, хлопки пробок, это открывают ледяное шампанское, доставая его из лесного ключа. Экипаж спешивается.

   Это и есть, наверное, самый красивый эпизод охоты, когда охотники выстраиваются полукругом и торжественно исполняют гимн экипажа и гимн семьи хозяина охоты. Протяжная старинная мелодия разносится, уже почти на заходе солнца, по затихающему лесу и душистым полям. Прощание с кабаном. Даже собаки, кажется, ощущают важность момента, присмирев, свора молча стоит полукругом у туши зверя не смея приблизиться. Лица всех присутствующих невероятно торжественны, легкий ветер трогает волосы, заходящее солнце огнем зажигает сбрую лошадей, трубы и оружие, дети затаив дыхание восторженно смотрят на взрослых, возможно на следующей охоте, кому то из них будет позволено сесть на лошадь, или принять участие, хотя бы в одном из эпизодов охоты.

   Специальная красивая мелодия исполняется и в честь гостей – почетному приглашенному торжественно вручают трофей охоты. Имя и краткое описание случившегося, летописец семьи положит в специальную книгу, которая ведется на протяжении всей истории существования экипажа. Теперь и мое имя вписано на страницы, которые хранят имена королевских семей, шейхов и французской аристократии.
   Званные ужины в замках соседей, ежегодные балы, сезоны охоты, которые сменяются сезонами любительских театральных постановок, участие в скачках, выходы на пленер, пышные выезды в Париж, длительные путешествия по миру, и снова возвращение в фамильные владения – такой неторопливый ритм жизни, положенный еще предками, много веков тому назад, совсем не кажется мне скучным. Невероятное образование этих людей, их судьбы, умение тонко чувствовать жизнь, их мудрость, глубокое понимание искусства, знание истории, умение хранить и передавать традиции, не теряя за этим смысла происходящего и ощущения сегодняшнего дня, вот этот талант так красиво расставаться с временем собственной жизни, их истинное гостеприимство, благодаря которому вы хотя бы не надолго становитесь частью этой умопомрачительной жизни, это и есть путешествие во времени, на сто, триста или даже пятьсот лет назад.



   Это текст для журнала «Меню удовольствий». Одно время я вела там рубрику «Путешествие с Ингой Ильм».

© Инга Ильм
Из личного архива.
Видео для нашего сайта прислала Инга Ильм.


Вы можете поделиться этой статьёй!
Просто выделите фрагмент текста или нажмите на кнопку: