Петров и ВасечкинПриключения Петрова и Васечкина. Каникулы Петрова и Васечкина.Маша Старцева
Официальный сайт фильмов

Ссылки партнеров:





СТАТЬИ


VK   Twitter    Facebook  

«Мы поехали на пробы, чтобы попить газировки»

— Дмитрий, в этом году исполняется 30 лет любимому многими советскими детьми фильму "Приключения Петрова и Васечкина". Нет желания сделать продолжение "Приключений..."? "Электроника", к примеру, собираются возродить.

— Я с удовольствием бы сейчас вернулся в то время. Но зачем продолжение? Посмотреть, как мы изменились? Мы можем приехать на телепередачу втроем, и все посмотрят, как мы выглядим. Тогда был детский кураж, отношения. Даже в команде, которая нас снимала тогда, всем было чуть за 30. У них глаз горел, они "жгли". Если сейчас мы будем пытаться делать это в нашем возрасте, то будет совершенно другое кино. Нет идеи, которая бы отвечала на вопрос: "Зачем это делать?".

— Расскажите, как вы — сын народного артиста — попали в эту картину?

— Все было очень трогательно. Мы с Егором Дружниным (Петя Васечкин. — Авт.) получили приглашение на пробы в Москву. В мое время летом из Питера в Москву съездить — это было круто. Мы поехали с удовольствием, чтобы попить там "Фанты", — в Питере этого напитка не было. Нас там все успокаивали, мол, не волнуйтесь, если не пройдете. А мы вообще меньше всех волновались. Приехали, почитали что-то, уехали домой и забыли. Когда пришла телеграмма с приглашением на съемки в Одессу, мы опять удивились и погнали, чтобы искупаться в море.

— Вам платили тогда больше, чем врачам, — 140 рублей в месяц.

— Да, в 1982 году это были сумасшедшие суммы. Плюс к этому давали надбавки. Но в силу того, что нас деньги не интересовали, получала их мама. Не помню, давали ли мне карманные деньги. Но на что мы их тратили бы? Мы были на полном обеспечении. Разве что на фрукты. Мидии мы сами ловили с волнореза.

— А почему Егора в картине озвучивал Игорь Сорин (будущий солист группы "Иванушки", — Авт.)? Говорили, что у Васечкина были проблемы с голосом?

— Это чья-то выдумка. Егора просто не отпустили из школы, и режиссеру пришлось искать замену. Когда нашли Игоря, мы целый месяц озвучивали с ним фильм на "Останкино".

— После фильма вы почувствовали к себе какое-то особое внимание со стороны слабого пола? 

— Меня и сейчас девушки любят (смеется). То, что было после картины, стараюсь не вспоминать: это было страшное давление. Фраза "Ты проснулся знаменитым" — о нас. Когда на тебя сваливается такое в 11 лет и никто не объясняет, как с этим справиться, — тяжело психологически. Много раз было такое, что я ехал в метро и весь вагон показывал на меня пальцем и перешептывался, а я не знал, как себя вести. Стоит наклониться, как все начинают обсуждать твои движения, что ты делаешь, как одет. Мне приходилось выходить из вагона. 

— Но вы же не в простой семье росли. Разве родители не готовили к славе? 

— Никто не ожидал такого. Приглашение на съемки для папы было неожиданностью. О том, что фильм произведет фурор и станет культовым для нашего поколения, никто не задумывался. И мы не думали. А девочки... У меня в этом плане хорошо все сложилось: моей женой стала одноклассница. Мы сидели с ней за одной партой. Жена родила мне замечательную Марию, ей 16 лет. Дочь — мой самый лучший проект в жизни.

— Но она обратила на вас внимание как на Петрова?

— Мне из-за съемок пришлось сменить школу. Кино снимали два раза по полгода. Первые полгода в Одессе нас с Егором прикрепили к местной школе №35. У меня была пятерка даже по украинскому языку. Поставили ее автоматом, чтобы домой мы приехали круглыми отличниками. А вот в английском отстали. Егор остался в этой школе, а мне из-за английского пришлось перейти. Пока фильм не вышел, я никому даже словом не обмолвился, что где-то снимался. Но зато после его выхода учителя стали на меня обращать внимание, мол, если ты "звезда", то давай посмотрим какая. Пришлось стиснуть зубы. Слава богу, быстро разобрались, а я всем говорил, что у меня есть масса других достоинств. Кино всего лишь везение. Ну должно же было кому-то повезти — вот и повезло мне.

— Перебраться в Москву не хотели? Глядишь, с кинокарьерой сложилось бы?

— Можно было, но я слишком люблю Питер. Мне не хватает солнца, но я боготворю этот город. А в Москву можно ездить в гости.

— А как смотрите на картину сегодня?

— Мне тяжело смотреть — я знаю фильм наизусть. Знаю, что стоит за каждой сценой, что когда происходило, что этому предшествовало, что получилось и сколько было дублей. Фильму 30, а я себя лет на 20 ощущаю. У меня ничего не болит, чувствую себя хорошо, фору молодым дам. Когда в рамках фестиваля "Киноостров", которым я сейчас руковожу, мы показываем этот фильм детям, современное поколение с удовольствием его смотрит, хотя среди них это считается немодным. Фильмов подобного рода сейчас нет: все пытаются привлекать звезд. Поэтому картины, которые выходят на экран, направлены на то, чтобы быстрее отбить вложения, потраченные не на качество фильма, а на гонорары артистам.


— Но раньше ведь режиссеры тоже думали о деньгах?

— Тогда была поддержка, заказ со стороны государства. Была цензура, а теперь даже "Ералаш" смотришь и понимаешь, что там шутки за гранью допустимого.

— Многие ваши коллеги, которые снимались в детских фильмах, жалуются на непростую судьбу в профессии. Вы говорили, что после этого фильма все роли, которые вам предлагали, были стихийными. Мешал отпечаток из детства?

— У меня сложная история. Я родился в семье народного артиста России и первый раз вышел на сцену в четыре года в спектакле "Люди и страсти". В 10 лет снялся в кино, и к этому возрасту все себе доказал. А идти по головам у меня задачи не стояло. Поэтому шел своим путем: занимался бизнесом, экономикой, финансами, открывал рестораны, ночные клубы, даже производство пружин для автомобилей было в моей жизни. Сейчас я занимаюсь своей киношколой: даю мастер-классы детям, даже снимаюсь в каких-то сюжетах, которые они придумывают. Мы с "Киноостровом" стараемся возродить детский кинематограф, чтобы у наших детишек тоже были фильмы, которые они смогут через 30 лет пересматривать. Я счастлив, что эти 30 лет после фильма вывели меня на ту орбиту, на которой я сейчас нахожусь.

— И не было желания реализоваться в актерстве? 

— Честно скажу: нет. Тогда и время было сложное  кризис в кино, театре. Время приходилось тратить не на творческую реализацию, а на поиск того, как прокормиться. А бизнес? Это тоже был опыт. Мне было интересно реализовать себя в деле, в котором не разбираешься. Я мог вагонами продавать пружины, но сам в них ничего не понимаю до сих пор. Значит, мне надо было пройти долгий путь самурая и наделать кучу ошибок.

— Когда вас все же звали в кино, вы всегда соглашались? 

— Предложения были. Но в какой-то момент надоедает играть бандитов, уголовников: выстрелы, кровь, мясо. После того как я стал заниматься с детьми, стараюсь от такого отказываться. Они посмотрели как-то "Улицы разбитых фонарей" с моим участием и очень расстроились, когда надо мной там издевались. Мне пришлось долго их успокаивать. Да и потом: такие роли ни славы, ни денег не приносят.
Я и сейчас в сериалах снимаюсь, но даже названия не запоминаю. Были какие-то "Гончие", "Ментовские войны". Хорошо, что были. Предложения по главным ролям, когда тебе предлагают подписать контракт на пять лет, все еще поступают. Но ты понимаешь, что это кабала. Сейчас сценаристы не утруждают себя написанием хороших диалогов. Иногда приходишь на площадку, читаешь сценарий и понимаешь, что ты это просто не выговоришь. И начинается борьба с самим собой. Лучше тогда бизнесом заниматься. 

Миличенко Ирина



Вы можете поделиться этой статьёй!
Просто выделите фрагмент текста или нажмите на кнопку: