Петров и ВасечкинПриключения Петрова и Васечкина. Каникулы Петрова и Васечкина.Маша Старцева
Официальный сайт фильмов

Ссылки партнеров:





СТАТЬИ


VK   Twitter    Facebook  

Остаться музыкантом

Как это трудно, знают только те, кто через это прошел. Сначала "пробиваешься" у себя дома: лет двадцать профессионально учишься, завоевываешь имя, становишься известен, обрастаешь контактами, соавторами, друзьями-коллегами, и вдруг все обрывается. Новая страна, свои законы, иная система образования, жизни, ценностей, прочно занятые другими места. И не помогает порой ни былая известность, ни даже, порой, профессиональные навыки, предназначавшиеся для работы в совсем других условиях. А ты по-прежнему чувствуешь, что главное дело твоей жизни - музыка, и упрямо не хочешь идти ни в программисты, ни в парикмахеры, ни в медицинские сестры… И начинаешь все сначала.

Таня Островская знает все это очень хорошо.

Если вы жили в России в 70-е и 80-е годы, вы должны помнить это имя. Ну фамилия-то, конечно, знаменитая: песни Аркадия Ильича Островского еще при его жизни стали нашей классикой. Но и у Тани, его двоюродной племянницы, пошедшей по его стопам, был свой почерк и своя, честно заработанная известность.

Главное в ее жизни было предопределено тем фактором, что в семье все были музыкантами: мама окончила фортепианный факультет Ленинградской консерватории, дедушка, в свое время учившийся в Париже, был виолончелистом и известным фортепианным настройщиком (кстати, это была фамильная профессия: ею занимались и четыре брата деда, один из которых, оказавшись в Америке, основал бизнес "Ostrovsky-piano" - в Нью-Йорке и сейчас есть такой музыкальный магазин). И семилетняя Таня писала в своем дневнике: "И все равно я буду композитором". Думаю, что это "все равно", означавшее "вопреки всему", ей приходилось мысленно повторять потом не раз.

Талантливую девочку из музыкальной семьи приняли в Ленинградскую спецшколу-десятилетку при консерватории имени Римского-Корсакова, и училась она с такими будущими знаменитостями, как Миша Боярский и Гриша Соколов. Первый, как известно, стал актером, прославившимся прежде всего своими музыкальными ролями, второй - самым молодым победителем конкурса имени Чайковского, одним из самых серьезных и оригинальных современных пианистов. Когда Таня училась в пятом классе, семья перебралась в Москву, и там тоже была спецшкола - ЦМШ, и были другие одноклассники, позднее тоже ставшие знаменитостями в музыкальном мире.

И все было бы просто замечательно, если бы… Жесткая система воспитания будущих лауреатов и консерваторских профессоров не оставляла никакого "духовного пространства". Педагоги с неодобрением относились к ее композиторским опытам, считая, что сочинение музыки отнимает драгоценное время, необходимое для совершенствования пианистического мастерства. Кто по-настоящему поддерживал и вдохновлял ее - так это Аркадий Ильич Островский. Он слушал все ее детские сочинения и часто повторял: "Твои песни лучше моих".

Потом были годы в училище имени Ипполитова-Иванова, и в Гнесинском институте, были самоотверженные педагоги, занимавшиеся, как Лидия Алексеевна Шкляева, чуть ли не каждый день, да по нескольку часов, причем совершенно бесплатно (у меня у самой была такая учительница в музыкальной школе, Екатерина Самуиловна Хаймовская - низкий поклон ей за эту самоотверженность), был курс композиции, где надо было сочинять не песни, а серьезную инструментальную музыку. Сонаты, квартеты были для Тани делом несложным, потому что она быстро усвоила общепринятые "средне-арифметические" нормы студенческих композиций. А когда институт был позади и началась настоящая жизнь, то начались и настоящие проблемы.

Советская система музыкального образования, при всей своей академической солидности и последовательности, была лишена одного важного элемента: конкретики. Она не готовила к музыкальной практике. Вернее, готовила, но в пределах двух специальностей: исполнитель и педагог (ну, может быть, еще исследователь). Но музыкальная жизнь была много шире и разнообразнее. И у Тани, хотевшей работать в сфере популярной музыки и писать для телевидения и кино. 10 лет ушло, как она говорит, "на раскрутку". Помогало ли ей имя? Да (хотя А.И.Островский умер в 1968 году); ей дали возможность дебюта в кино. Выпускники ВГИКа, готовившие свои дипломные фильмы, имели право получить для них индивидуально подготовленную музыкальную партитуру. Для одного такого фильма пригласили Островскую Дело было срочное: партитура нужна была через два дня. Она и в срок уложилась, и музыку написала точно такую, какую требовал режиссер. Ее запомнили. А вскоре представился случай проявить себя по-настоящему.

Владимир Алеников готовился снимать детскую музыкальную комедию "Приключения Петрова и Васечкина", музыку для которой должен был писать Геннадий Гладков. Но автор бессмертных песен из "Бременских музыкантов" внезапно заболел, и Таня вызвали как "скорую помощь". Она металась между Одессой, где шли съемки, и Москвой, утверждала написанное с режиссером и хореографом и за шесть дней ухитрилась сочинить 10 песен. Фильм имел большой успех, песни стали популярны, и у Тани появилось много работы. Заниматься приходилось всем на свете: радиопередачи, документальные фильмы, музыка к театральным спектаклям, мультики, "Будильник", "АБВГДейка", "Спокойной ночи, малыши"...

Ей лучше всего удавались песни для детей - может быть из-за солнечного ее характера, из-за неведомо как сохраненной непосредственности восприятия, а может быть еще и потому, что рос собственный ребенок, сын, главный адресат и первый слушатель.

И еще одна причина, которую подчеркивает сама Таня: "У меня были замечательные соавторы. Тогда - в 70-е и 80-е только в детских жанрах и можно было что-то говорить открыто. До сих пор помню одно четверостишие из детского сборника: "Лягушку спросили: "О чем вы поете? Ведь вы, говорят, живете в болоте?" Лягушка сказала: "О том и поем - как чист и прекрасен родной водоем"". Так вот - для детей сочиняли такие блестящие литераторы, как Генрих Сапгир, Юрий Ряшенцев, Юрий Энтин, Дина Рубина, Роман Сеф, Евгений Бунимович, Михаил Либин, Владимир Вишневский, Наум Олев, Сергей Таск. Даже простое общение с ними было счастьем. И работать вместе было необычайно интересно и стимулировало творческие идеи".

И еще был союз композиторов. "Его вспоминаешь теперь, как воздух, которого не замечали, пока он был, - говорит Островская. - Это было бесценно: знать, что ты не изолирован. Можно было прийти на собрание какой-нибудь секции - хоровой, симфонической, камерной, поговорить, послушать новую музыку (даже если она была плохая - это тоже был опыт), узнать, чем заняты коллеги, показать свое. И чувствовать, что все вместе мы создаем некую духовную энергию, которая важна для общества".

Ее песни пели лучшие наши исполнители: Ирина Понаровская, Лариса Долина, Елена Камбурова, Николай Караченцев, Павел Смеян… Их и по сей день часто передают российские радио- и телеканалы: недавно позвонила из Москвы подруга, работающая на телевидении, и сообщила, что по рублям Таня давно вышла в миллионеры - ее авторские гонорары составили три миллиона, или 600 долларов.

И вместе с тем… Лет 15 - с первой поездки на Запад, в Париж, в ней зрела мысль об эмиграции. "Я знала, что жить в бескрасочном, черно-белом мире больше не могу". И в 1990 году она оказалась в США, в Атланте. Ее первой работой был... пианобар в отеле "Хилтон", за 15 долларов в час. Пригодилось фортепианное образование, большой репертуар - от Шопена до Гершвина - и умение импровизировать. Здесь она встретила своего будущего мужа...

Медленно входила она в профессиональную среду: появились уроки фортепиано то в одном университете, то в другом. Она и сейчас преподает, но не на полной позиции, потому что полную университеты давать не любят: страховка, пенсия - дорого… Полгода бесплатно вела передачу на местном телевидении - представляла работающих в Атланте "бывших советских" музыкантов. Изредка дает концерты. И играет в клубах, отелях, на вечерах - только теперь уже дорогих, "элитных". Играет свое и чужое. По воскресеньям ведет музыкальную часть церковной службы, по средам - репетирует: играет на рояле, на органе, руководит хором. Прихожане оказались к искусству отзывчивы и по достоинству оценили ее универсальность и широту.

Таня быстро поняла - прежней "избранности" не будет. Надо уметь все и отдавать любому занятию максимум, на что способна. Ведь главное, что она все равно с музыкой, и знает, что это ее, родное, чем всю жизнь хорошо и с удовольствием занималась. И разве это не здорово - открывать в себе неожиданные ресурсы и новые возможности для приложения своего дара?

А что же композиция? Конечно, она продолжает сочинять - и для церкви, и для светских выступлений. Ее сочинения нравятся, их, например, с удовольствием поют ее хористы. Но если к тому же хочешь заниматься прикладной сферой (а именно этим она занималась дома, в Москве), то здесь тоже надо учиться. Потому что все ушло далеко вперед и продолжает постоянно изменяться. Конечно, она очень много слушает музыки, присматривается и читает. Уже освоила две специальные компьютерные программы (Таня смеется, хотя в голосе тревога: "Представляешь, мой старый рояль, которому уже сто лет, везли через всю Европу, Атлантику и пол-Америки - и ничего, еще звучит. А компьютер через три года устаревает").

Пишет музыку каждый день. Оборудовала по последнему слову техники свою MIDI студию, в которой есть синтезатор Corg T-1 (специалисты знают, что это такое). И уже есть заказы ( с ней можно связаться по E-mail: tanyos@mindspring.com).

Обретя технологические навыки и понимание новой звуковой среды и ее требований, Островская не утратила ничего из своего прошлого: живой и изящный мелодический дар, умение быстро и точно работать, чувство музыкального времени, такое необходимое именно в прикладном жанре. Она создала музыку к часовой телепрограмме, сейчас работает над еще одной. Ее творчеством заинтересовались две фирмы, работающие в сфере мультимедиа. "Всю жизнь я учусь, расту. Я в Америке, как спящая красавица, которая спала сто лет, а когда проснулась, то увидела, что вокруг все изменилось. Вот я и наверстываю. И прохожу свой путь сама, все время натыкаясь на какие-то стенки и таким образом обретая опыт. Но главное - остаться музыкантом".

Статья и фотография предоставлены Татьяной Островской.
Майя Прицкер
© Новое русское слово, 1996



Вы можете поделиться этой статьёй!
Просто выделите фрагмент текста или нажмите на кнопку: